Юле было всего семь лет, когда в автомобильной аварии погибли ее мама и младший брат.

Сама Юля выжила лишь чудом, но лишилась правой руки. Кто бы мог подумать, что пройдет время, и девушка с ограниченными физическими возможностями станет спортивной звездой?

Сейчас Юлии Батенковой слегка за 20, а она успела сделать больше многих здоровых, в обычном понимании слова, людей ее возраста: девять одних только паралимпийских медалей, счастливое замужество.

Свою историю из жизни она рассказала журналу Cosmopolitan.

До трагедии

Наша дружная семья — папа, мама, я, братик — жила в Симферополе. Я очень хорошо помню маму. Ярче всего вспоминается, как мама брала меня с собой в парикмахерскую. Помню особый запах салона и его неповторимую атмосферу.

Новая прическа вносила какой-то свежий акцент в мамин облик, я завороженно вглядывалась в родное лицо в обрамлении уложенных волос и думала: «Вырасту — буду как мама!»

Я была подвижным, живым ребенком. Лет в пять меня отдали на художественную гимнастику.

«Ты будешь спортсменкой!» — уверенно говорила мама. Я с замиранием сердца смотрела на выступления старших девочек, и мне казалось, что я так никогда не смогу.

Но в то же время хотелось до них дотянуться. Поначалу я страшно стеснялась переодеваться в трико в общей раздевалке. Садиться на шпагат тоже было страшно до слез. Но никаких «Мама, забери меня отсюда!» не было. Я рано поняла, что иногда надо пересилить себя, побороться со своими страхами, чтобы достичь желаемого.

Я родилась в сентябре, поэтому в школу пошла в неполных семь. Учителя не могли нарадоваться: первая ученица в классе, спортсменка.

Именно меня, улыбчивую мелкоту с колокольчиком в руках, нес на плече старшеклассник на линейке… Могла ли я знать, что эти моменты принадлежат какой-то нереально счастливой жизни, которая вскоре закончится?

Роковая авария

Каждое лето мы всей семьей ездили в Белоруссию к маминым родителям. В тот раз мы уже возвращались домой. По дороге, как всегда, заехали к маминой сестре тете Тамаре. И ночью мне приснилась будущая трагедия. Я увидела, как мы разбиваемся на машине, причем промелькнувшая перед глазами картина показалась очень реальной.

В слезах я прибежала к маме: «Мамочка, ты жива? Никакой аварии не было?» Мама успокоила: «Это всего лишь плохой сон, доченька». Мой вещий сон потом, после трагедии, вспомнила тетя…

Все случилось в Запорожской области. Папа был за рулем «Москвича», я сидела рядом, а мама с маленьким Андрюшей сзади. Потом все удивлялись: водительскоеместо уцелело, словно оберегаемое ангелом-хранителем, в то время как вся машина вдребезги.

Место, где сидела я, так страшно покорежило, что шансов уцелеть не было. Спасло то, что через лобовое стекло я вылетела из «Москвича». Правда, машина упала мне на руку и придавила ее… Когда я пришла в себя, не сразу поняла, где нахожусь. Открываю глаза — все белое, надо мной склонился папа.

«Мама в другой больнице»

«А где мама?» — я привыкла, что папа часто в разъездах, детьми занимается мама, и уже само по себе то, что ее нет, показалось очень странным.

«Мама с Андрюшей в другой больнице» — эту ложь во спасение мне повторяли еще многие месяцы. И я верила, отгоняя от себя плохие предчувствия. Загоняя на край сознания догадки, почему у папы на руке мамины часы. Впрочем, сознание мое еще долго путалось.

У меня были странные видения. Одно из них: я захожу в старинный замок, со мной мама и Андрюша. В какой-то облачной дымке они поднялись вверх и исчезли. Я чуть было не последовала за ними, но вдруг мое внимание привлекла красивая ракушка под ногами. Я потянулась взять ее, и тут мою руку с головокружительной быстротой затянуло в эту ракушку, как в воронку…

Врачи терялись, когда я настоятельно просила: «Разбинтуйте мою руку, там ракушка, я знаю!» Разубедить меня было невозможно. Доктора и медсестры были ко мне очень добры, вели себя как ангелы. Меня осторожно подготовили к тому, что руку я потеряла. Каково же было мое потрясение, когда я увидела это собственными глазами…

Но недаром говорят, что детская психика очень стабильна. Ребенок переносит такие вещи легче, чем взрослый. Кое-как я свыклась с мыслью, что жить теперь буду только с левой рукой. Впрочем, уже только за то, чтобы я жила, пришлось побороться.

Рукой дело не ограничилось, было много других тяжелых травм и переломов. Осколками лобового стекла было изрезано лицо, мне долго не давали взглянуть на себя в зеркало.

Я кочевала по больницам больше года. Сколько всего их было в моей жизни — больниц, операций? Не сосчитать. Все это очень выматывало: физически, морально. Это была какая-то полужизнь. Переходный период от нормальной жизни к совсем другой.

Все заново

В этой другой жизни я училась всему заново. Управлятьсяс привычными делами одной рукой, осознавать себя не такой, как прежде, быть частью семьи, которая состоит теперь не из четырех, а из двух человек — меня и папы. Отец, надо отдать ему должное, держался хорошо. Не запил, не сломался.

Школьную программу второго класса я осваивала дома. Приходили одноклассники — я видела слезы жалости, мне это не нравилось. Жалость унижает. Уже тогда я лелеяла мечту о том времени, когда меня перестанут жалеть.

Я столкнулась с жестокостью сверстников. Случалось, меня дразнили. Обзывали: «Железная рука!»

В третий класс вернулась учиться наравне со всеми. Но наравне не получалось. Первый протез был очень тяжелый и неудобный, с ним нереально было ходить, бегать.

Я столкнулась с жестокостью сверстников. Случалось, меня дразнили. Обзывали: «Железная рука!» Тогда я забросила протез и начала ходить без него.

С теплотой вспоминаю поддержку друзей. Детская дружба может быть очень надежной уже в самые юные годы… Я сменила несколько школ. И в новом коллективе старалась как можно дальше оттянуть момент, когда откроется моя непохожесть на других. Носила кофточки с длинным рукавом, и окружающие, бывало, месяц ничего не замечали.

Но возникали всякие неловкие ситуации. Например, кто-то из учителей ругал меня за плохой почерк, а потом узнавал причину. Со временем я научилась озвучивать свою проблему и говорить о ней спокойно.

Том сойер в юбке

В 10 лет у меня появилась мачеха. Отношения со второй папиной женой складывались непросто. С одной стороны, я видела, как тяжело папе справляться одному по хозяйству.

Но с другой стороны… Даже не берусь описать всю гамму противоречивых чувств, вызванных во мне знакомством со «второй мамой», в то время как я помнила и любила первую, единственную. А как ополчились против папы соседи! «Угробил семью, а сам.. — слышался осуждающий шепот. Мы переехали в Ковель.

Мачеха была всего на 13 лет старше меня. 23 года — меньше, чем мне сейчас. Я только сейчас стала понимать ее и благодарна за все, что она для меня сделала. Она держалась со мной строго, а только так и нужно было с ершистым подростком, не признающим авторитетов.

Во мне проснулась отчаянная бесшабашность человека, которому нечего терять. Вообще, по характеру я лидер. Всегда умела постоять за себя, вела активный образ жизни. Гоняла на велосипеде, дралась с мальчишками. Любила приключенческие фильмы и книги.

Мне были близки по духу Том Сойер, Гекльберри Финн, Оливер Твист. Был момент, когда я могла угодить в плохую компанию. Я была любопытна и ничего не боялась. Каждого нового человека сначала видела исключительно в розовом свете. Слава богу, ума хватило разобраться, что хорошо, а что плохо. Спасибо и второй маме, она за меня боролась.

Мне было 14, когда у меня родился братик. Я с ним нянчилась, очень его любила. Но мое ощущение неприкаянности усилилось. Я почувствовала себя ненужной в семье. Да что там в семье — на всем белом свете…

В нужном месте в нужное время

По совету отца я освоила в техникуме профессию бухгалтера, хотя и понимала, что это не мое. Мое физическое состояние ничуть не мешало самостоятельности. С 17 лет я начала жить отдельно.

Бытовых проблем для меня не существовало. Я во всем приспособилась обходиться без помощников, а кое в чем даже могла конкурировать с теми, у кого здоровы обе руки. Например, я классно готовлю, кулинария — мое хобби. Этот талант я унаследовала от мамы.

Несмотря на всю мою самостоятельность и наличие неплохого образования, после училища трудоустроиться мне не удавалось. «Что же, всю жизнь так и буду сидеть на шее у папы?» — с горечью думала я. Не было бы счастья, да несчастье помогло.

У меня побаливала спина, я пришла позаниматься в спортзал и оказалась в нужном месте в нужное время: встретила тренера Валерия Павловича Дружиновича. От него я и услышала о паралимпийском спорте. Если раньше подобные разговоры я воспринимала как шутку, то Дружинович доходчиво все объяснил и предложил заняться легкой атлетикой.

Терпение и труд

И я пришла на занятие. Мы бегали, ускорялись, мне понравилось, что я делаю успехи. В принципе, я уже знала, что могу бегать быстро. На той памятной тренировке я была единственной девушкой. И так хорошо показала себя, что меня сразу взяли на соревнования во Львов.

Помню, разминалась на манеже и думала: «Куда меня взяли? Как я бежать буду?» Потом рьяно стартовала на дистанции — и упала.

Стоп. Ныть — легче всего. А преодолеть себя, сделать еще попытку, не сдаться?

Поднялась, развернулась и пошла куда глаза глядят с мыслями: «Какой спорт, что ты себе нафантазировала, Юля? Всю жизнь была где-то на обочине, а тут возомнила о себе — и вот упала, опозорилась!»

Но я сказала себе: «Стоп. Ныть — легче всего. А преодолеть себя, сделать еще попытку, не сдаться?» И я вернулась. Подошла к тренеру, не поднимая глаз, сказала: «Я упала, вы же видели…» Он: «Ну и что? Зато как рванула на старте!»

Дружинович нашел мне еще одного тренера, бывшего спортсмена Николая Иосифовича, и он серьезно за меня взялся. 3-4 раза в неделю заезжал за мной на машине и вез тренироваться. Я показала высокий национальный результат в легкой атлетике, а примерно через год меня пригласили в сборную по зимним видам спорта.

Это было для меня ново, до этого я ни разу даже не стояла на лыжах. На первых порах было очень непросто, с моей нарушенной координацией движений говорить о каких-то успехах не приходилось.

Но я была упряма. В меня верили. И поддержка со стороны вселяла оптимизм. Я видела, что получается даже у тех, чье физическое состояние тяжелее моего. «Значит, надо упорно тренироваться, — подбадривала я себя. — Терпение и труд все перетрут!»

Турин и Ванкувер

Наконец,хорошо зарекомендовав себя, я попала на соревнования в Германию, где в лыжной гонке показала седьмой результат. Еще поднажала — и хорошо выступила на этапе кубка мира в Швейцарии. Первое место мне тогда не улыбнулось, зато в следующий раз, уже на чемпионате мира, я показала лучший результат. Это было так здорово! Я не думала, что могу стать первой.

Со временем я поверила в свои силы, выработала собственную технику и даже подметила некоторые приметы «на удачу». Например, покупка новой шапочки перед соревнованиями — залог успешного выступления.

Важный этап в моей жизни — Паралимпиада в Турине. От меня, новичка, не ждали громких достижений, а я завоевала два серебра и три бронзы.

Почему-то серебряная награда в моем активе частый гость. Так вышло и на Паралимпиаде-2010 в Ванкувере, Я очень серьезно готовилась, была нацелена на первое место.

Но завоевывала три серебряных медали и одну бронзу. Что обидно, однаэады от первого места меня отделяло всего две секунды. Но я не отчаиваюсь. Пока не добьюсь паралимпийского золота, не успокоюсь. У меня есть цель, и, не достигнув ее, из спорта я не уйду.

Юлия Батенкова

Командный дух

В моем активе есть еще два ордена княгини Ольги — 3-й и 2-й степени. Я ценю каждую свою награду, но все же, по-моему, хорошего спортсмена играют не только его награды, но и человеческие качества — порядочность и доброта, умение не зазнаваться и не впускать в себя негатив, командный дух и умение поддерживать теплыеотношения с коллегами.

Я считаю не только коллегой, но и подругой Лену Юрковскую, а Люда Павленко мне вообще как сестра.

За каждой моей медалью — нелегкий труд. За кадром остаются синяки, растяжения связок, падения

Как-то года три назад наша команда летела на очередные соревнования с тяжелыми пересадками. Тренер заблаговременно раздал нам билеты с напутствием: «Только не потеряйте».

Я вроде бы опустила свой билет в карман, а в аэропорту хватилась — нет! Еще не успела испугаться, как Юрковская окликает: «Я нашла твой билет!» Лена в этом смысле просто палочка-выручалочка. Когда она рядом, это надежная страховка от потерь.

За каждой моей медалью — нелегкий труд. За кадром остаются синяки, растяжения связок, падения. Однажды я даже не могла вспомнить, как добралась до финиша.

Это было после Турина, на очень тяжелой ледяной трассе на этапе кубка мира в Германии. Там мы все здоровые падали. Я разогналась на спуске, упала, ударилась головой — и дальше ничего не помню… Вдруг обнаружила себя на финише, на меня смотрят с ужасом — голова разбита, кровь. Потом выяснилось, что провал в памяти из-за небольшого сотрясения мозга.

Неотъемлемая часть тренировок лыжника — «асфальтная болезнь», когда ходишь весь в зеленке. Летом мы тренируемся на роликах. Лететь на роликах с горы, упасть, разбиться — нередкая история.

Один такой приступ «асфальтной болезни» случился у меня перед самой свадьбой. Когда все ссадины замазали зеленкой, я стала похожа на зеленую елочку. «До свадьбы заживет!» — привычно успокаивал кто-то, а я ответила: «Свадьба через две недели!»

Хорошо, что с нами ездила жена моего товарища по команде Олега Мунца, она меня выходила. Каждый день промывала и обрабатывала мои раны. И ко дню, когда я выходила замуж, была как новенькая!

Мне очень повезло с платьем. Стояло лето, а мне нужно было платье с рукавчиком. И я нашла именно такое, из легчайшего французского кружева. Чувствовала себя в нем принцессой!

Запись в дневнике

С будущим мужем Колей я познакомилась на соревнованиях в Евпатории. Как он потом признался, влюбился с первого взгляда, увидев меня в столовой.

Подошел знакомиться, мы немного поговорили, он назначил мне свидание. Я приняла приглашение и старательно собиралась на встречу, но… не пошла. А Коля ждал, волновался, разыскивал меня.

Уже после первой прогулки я сделала запись в дневнике: «Познакомилась с будущим мужем…»

Вообще-то я человек слова. Не знаю, что на меня нашло — не прийти на встречу. На следующий день было открытие студенческих игр, мы с Колей опять встретились. Он укоризненно спросил: «И как это называется?» Я очень смутилась.

Больше я от встреч с Колей не увиливала. Держась за руки, мы ходили гулять к морю. Уже после первой прогулки я сделала запись в дневнике: «Познакомилась с будущим мужем…» Вот она, интуиция!

Когда пришла пора разъезжаться, Коля пригласил меня к себе в Киев. Его родители встретили меня как невесту. Потом Коля гостил у меня в Ковеле, мы вместе ездили на сборы и вообще стали неразлучны. До того как пожениться, мы два года встречались.

Очень надеюсь, что скоро мы с мужем будем выступать в одной команде. До несчастного случая (пять лет назад Коля попал под колеса машины и перенес ампутацию ноги) он занимался прыжками в воду, у него прекрасная координация, сильный характер и есть все шансы классно проявить себя в спорте.

Уверена, что и я смогу показать лучший результат благодаря поддержке любимого. И наконец-то у нас будет общее дело, которое позволит больше времени проводить друг с другом! Пока же из двенадцати месяцев в году нам выпадает быть вместе только один с «хвостиком».

У меня есть мечта родить ребенка и, может, даже не одного. Мы с Колей уже все обсудили и считаем, что готовы стать родителями. Останавливает меня пока только то, что я очень серьезно и ответственно отношусь к появлению в семье малыша.

Считаю, ребенку нужно посвящать максимум времени, сил и заботы, это дело, которому надо отдаваться целиком. Скорее всего, такая возможность появится после следующей Паралимпиады.

Высокие цели

Я ставлю перед собой высокие цели. Хотеть только для себя фанфар — это мелко. Я буду по-настоящему счастлива, если сделаю в жизни что-то хорошее для других. Например, займусь деятельностью, направленной на помощь детям. Возможно, направлю на верный путь спортсменов-новичков, поделюсь с ними опытом и помогу избежать каких-то ошибок.

Мой жизненный девиз — «Не раскисать!». В жизни важно не поддаваться лени, не плыть по течению, бороться со своими слабостями. Не растрачивать себя по мелочам, не впускать в себя недовольство, жалость к себе.

Но главное лекарство от уныния — отвлечься, не сидеть в четырех стенах, не замыкаться в себе

Конечно, периодически накапливается усталость, подкатывает депрессия. Я знаю твердо: это надо просто пережить. В особо тяжелые моменты я обращаюсь к Богу, молюсь.

Но главное лекарство от уныния — отвлечься, не сидеть в четырех стенах, не замыкаться в себе. Выговориться, пообщаться с близкими людьми. Хорошо помогают танцы, которые я обожаю, и шоппинг с подругами.

Я легка на подъем — прыгну в машину и еду туда, где ждет душевная компания. Очень важно, что есть рядом те, кто тебя любит, кто в тебя верит, может быть, даже равняется на тебя. Бывает, пары ободряющих фраз «Юля, соберись! Все будет хорошо» достаточно, чтобы отогнать грусть.

В конце концов, не зря я зарекомендовала себя неунывающей Юлей. Надо держать марку!

// LIVEstory.com.ua



 



2009-2016 © LIVEstory - истории из жизни. Все права защищены. Новости шоу-бизнеса, истории из жизни звезд кино, культуры,
спорта, политики и бизнеса. Фото знаменитостей