Я рассказываю об этом совсем не потому, что горжусь своим прошлым. И не потому, что ищу жалости у людей, Просто в глубине души искренне надеюсь, что мой опыт кому-то поможет избежать ошибки, а кому-то — даст надежду.

Я пила 20 лет, но теперь знаю, что избавиться от алкогольной зависимости — реально. Жизненную историю героини опубликовал журнал «Единственная».

В тот день я была на разливе. Привычным движением открыла вторую бутылку. К тому времени у остальных за липким столом уличной пивнушки уже развязались языки. Одни тихонько скулили о своей ничтожной жизни, другие начинали буянить, нарываясь на драку. Я мельком глянула на Таньку. На прошлой неделе она не одолжила мне денег на похмелье. Она как раз отвернулась, и я решила, чтобы хоть как-то отомстить обидчице, налить ей чуть меньше, чем остальным — буквально на пару граммов. «Ах ты стерва!» — услышала я у себя за спиной. Обернувшись, я увидела безумные глаза обделенной алкоголички и приближающуюся к моей голове бутылку. Резкий удар. Дикая боль. Все поплыло…

Как все начиналось

В душной комнате гремела музыка, старенький магнитофон подскакивал на стуле, взрослые танцевали и громко смеялись. Мы с ребятами из соседнего двора с интересом наблюдали за происходящим. А семилетний Сашка, на два года старше меня, украдкой стащил со стола чей-то бокал. На дне оставалась какая-то розовенькая жидкость. Он быстро хлебнул остатки и с довольной, хитрой такой улыбкой потянулся за следующим стаканом. Мне стало любопытно. Розовенького лимонада на столе больше не было. Зато мне досталась маленькая рюмочка с прозрачной водичкой.

Я с опаской оглянулась на взрослых и быстро, чтобы не засекли, сделала маленький глоток. Горькая жидкость обожгла горло, я стала хватать воздух ртом, но становилось только горячее! Кашляя и задыхаясь, я подбежала к крану, чуть не опрокинув стул, и пила, пока не прошла горечь во рту. Меня мучили вопросы: зачем они это пьют, кто их заставляет? Я пообещала себе, что никогда в жизни больше не прикоснусь к этой гадости.

Пиво — не водка!

Прошли годы. Я окончила школу с отличием, поступила на курсы, устроилась на работу официанткой в ресторане. Аккуратные столики, застеленные накрахмаленными скатертями, хрустальные бокалы, в которых отражается свет вечерних огней уютного заведения. Красиво!

И коллектив подобрался веселый. Только сначала я никак не могла в него вписаться. Но как-то раз девчонки предложили мне остаться после работы (оказалось, что они часто засиживались допоздна). Мне было безумно приятно, что меня позвали в компанию. Барменша Ирка достала рюмки, вытащила из загашника начатую бутылку водки. Остальные вынули из сумок консервы, колбасу и хлеб. Все дружно взяли по рюмке.

«За нас красивых, за них, неверных!» торжественно произнесла Люська, и девушки как по команде опрокинули по 50. Водка отвратительно пахла, у меня щипало в глазах, когда я подносила рюмку ко рту, — и я несколько раз опускала ее. Остальные поглядывали на меня в ожидании. Кто-то стал посмеиваться. Я поняла: не выпью сейчас — больше не предложат, так и останусь «левой новенькой». Зажмурилась — и выпила залпом. Приятного мало.

«Ну, между первой и второй перерывчик небольшой», — весело выпалила Ирка, наливая еще по одной. Потом еще. Между делом откуда-то достали вторую бутылку… Проснулась я от дикой боли. Голова мучительно трещала, очень хотелось пить. Промычала что-то невнятное, пытаясь нащупать обувь под кроватью. Кстати, чья это кровать? «А-а-а, похмелье?» — из утла послышался сонный, слегка охрипший голос Люськи. «Первый раз, да? Ничего, у всех бывает. Подобное лечат подобным. Щас за пивом сходим».

В голове был туман, я даже не до конца понимала смысл ее слов. Я не знала, где мы и как тут оказались. В памяти всплывали только отдельные обрывки случившегося.

С тех пор мы задерживались на работе каждую пятницу. Постепенно стали появляться кавалеры. Мы пили с ними до утра и зажимались по гаражам. Я вваливалась в свою квартиру под утро с багровыми засосами на шее, Чувствовала себя отвратительно. Зарекалась пить. А на следующей неделе все повторялось.

Тогда это казалось мне обыкновенной шалостью — хотелось все попробовать. Я стала пить пиво по утрам. Заглядывала по дороге в уличную кафешку, где приветливая тетя Катя выдавала мне дежурную бутылку пенного, — и шла на работу уже на подъеме. Едва во мне просыпалась совесть, я говорила себе: «Подумаешь — пивка тяпнула. Это же не водка!»

Впервые была от себя в шоке, когда, отпросившись с работы, якобы к стоматологу, я побежала в гастроном опохмеляться. Тогда в моей голове прозвенел сигнал тревоги. Но я успокаивала себя: «Ну выпила вечером в хорошей компании… Что ж я после этого — алкоголичка конченая? Ерунда! Я же встаю по утрам и иду на работу, а не валяюсь под забором, как некоторые!» Не знала я тогда, что те, кто сегодня валяется под забором, начинали так же!

Это стало нормой

Мой роман со спиртным на время прервался — у меня родилась дочь. Так случилось, что с первым мужем, отцом моего ребенка, я скоро развелась. Растила Виточку вместе с мамой. Как примерная мать, ухаживала за ней, кормила грудью до года, регулярно посещала педиатра. Я полностью сосредоточилась на ребенке. Но оказалось, ненадолго.

Однажды я просто бросила Виточку дома — крохотное годовалое дитя — чтобы купить бутылку пива. Прибежала домой в слезах с чувством вины и ненависти к себе. Рыдала над ребенком, просила прошения. А она тихо хлопала глазками, радуясь, что мама рядом. В тот момент я чувствовала в себе силы, верила, что смогу бросить пить. И несколько недель не прикасалась к спиртному, занималась уборкой, стиркой.

Но как только остановилась — тут же почувствовала дискомфорт. «Одну бутылочку ром-колы, не больше!» — говорила себе по дороге к ларьку. На самом же деле, переступив порог дома, я уже понимала, что этого будет мало. Вылила 100 грамм водки. Потом еще — до тех пор, пока не вырубилась.

Мой брат жил с нами, и я просто оставляла ребенка на него, не спрашивая, может ли он, хочет ли побыть с Витой. А сама шла в ближайшую пивнушку, где всегда стоял мощный перегар и кисловато-затхлый запах. В первую секунду в душном полумраке не было ничего видно из-за дыма дешевых сигарет. Когда глаза привыкали, я начинала различать в толпе знакомые физиономии — осунувшиеся, землистые, со впалыми щеками и пустым взглядом. Эти призрачные лица стали моей жизнью, привычным окружением. Для меня совершенно не было проблемой подсесть к незнакомой компании. «Ну что, по пятерке?» — и на вечер мы были неразлучны. Выпили, закусили, выпили еще,

В таких кабаках часто случались драки. Однажды при мне один алкаш вилкой пробил глаз соседу. Кровищи было… Это какой-то кошмар. Впрочем, мне тоже доставалось. Руки до сих пор все в порезах, лицо в мелких шрамах. И я перед обидчиками в долгу не оставалась. Один раз накинулась на незнакомую алкашку с пустой бутылкой (полную жалко было разбить!), да так, что только чудом не убила. Сильно рассекла ей лоб стеклом. Зато, что она налила себе на несколько миллилитров больше: у алкоголиков нет преступления страшнее. Сейчас поражаюсь, как я в тюрьму не угодила! Если бы пострадавшая подала в суд, я бы загремела за решетку минимум лет на восемь.

Обычный вечер

У меня было много мужчин. Сейчас я не помню ни их имен, ни их лиц… Такие отношения надолго не затягивались — как правило, до первого неудачного дележа выпивки. Познакомиться с очередным хмырем было очень просто. Оказались в одной компании, выпили вместе. Следующую бутылку делили уже на двоих: ехали к нему или я приводила его к себе. Едва Виточка слышала мужской голос в коридоре, тут же пряталась в комнату.

Она знала; в такие вечера на кухню заходить строго запрещено — у мамы гость. Если вдруг дочка попадалась мне на глаза, получала оплеуху. После этого уже не совалась в дела взрослых. «Свою жизнь гробишь, так ребенка хоть пожалей!» — пыталась взывать к моей совести мама. Бесполезно!

Вечера в прокуренных «ганделыках» стали нормой. На тот момент я пила 18 лет. И уже смирилась с тем, что никогда не завяжу со спиртным. Я вполне отдавала себе отчет в том, что стала алкоголичкой. Поменять что-либо но и не хотела. Уговоры родственников и знакомых обратиться за помощью к наркалогу совершенно не действовали на меня, наоборот — ужасно раздражали. К тому же мне казалось, что мне уже никто не поможет.

Но однажды на фоне потухших серых лиц собутыльников в моей жизни появился Николай. Интеллигентный, порядочный. Мы давно были знакомы, но мало общались. Он не пил, а потому не был мне интересен. Но как-то он помог мне, организовав юридическую консультацию. С того момента мы стали встречаться. Узнав его поближе, я почувствовала в нем невероятную внутреннюю силу, которой мне так не хватало.

Скоро я переехала к нему. Николай искрение полюбил меня, потому что знал меня трезвой, настоящей — без маски зависимости и несчастья. Коля видел, что я пила, но не осознавал, насколько все серьезно. Был в ужасе, когда однажды споткнулся о пустую бутылку у себя дома. Иногда он не знал, чего от меня ожидать. Несколько раз напившись, я накидывалась на него с кулаками. Как-то запустила в него тяжелым стулом. К счастью, Коля успел увернуться, иначе могла случиться серьезная травма. В такие моменты он не давал мне сдачи, не пытался отрезвить под холодным душем, не уходил из дому… Он просто сгребал меня в охапку и держал, пока я не успокаивалась. Коля не указывал мне, как жить, не закатывал скандалы, не водил по врачам. Он просто терпеливо убеждал, что мы справимся с этой болезнью. А главное — он просто был рядом.

Голос из преисподней

Я пила все больше. Дошло до того, что организм стал отвергать алкоголь. Я пила водку, а она выливалась через ноздри. Желудок тоже отталкивал спиртное — там такие спазмы были! А я продолжала заливать горючее, борясь с рефлексами. Я думала, хуже этого уже ничего не может быть. Но я ошибалась.

Однажды моя жизнь превратилась в ад. В прямом смысле этого слова. В моем теле, сердце и даже в моей квартире поселился сам дьявол. Он проник в мое сознание тихо и аккуратно, подкрался, как кошка, заговорил ласково и нежно. Сначала я испугалась, но постепенно стала доверять этому голосу. Когда мне было плохо, он говорил: «Выпей рюмочку — все пройдет. Все будет хорошо, я не оставлю тебя. Иди же, тебе станет легче». И действительно, становилось легче.

Но однажды я не послушалась. Тогда его сладкий голос вдруг зазвучал пронзительно, как сирена, прогремел, как взрыв. Он угрожал мне. Обещал, что сделает мою жизнь невыносимой, меня отвергнут родные, я наложу на себя руки. Я выбежала из квартиры в стареньком халате и рваных тапках и неслась вперед, спотыкаясь и рыдая. А бежать было некуда. Он преследовал меня и днем, и ночью. Я боялась оставаться с ним наедине. А когда была в квартире с кем-то другим, понимала, что подвергаю человека опасности. Мои видения, навязчивые страхи и реальность смешались в сплошной комок, и я уже не различала друзей и врагов, добро и зло. Я больше не контролировала себя. Я не слышала ничего, кроме этого жуткого голоса.

Попытка самоубийства

Наступил момент, когда я поняла, что уже мертва морально. В полуживом состоянии оставалось только мое измученное тело. В отчаянии выбежала на балкон и уже перекинула ногу через перила, как вдруг услышала вслед: «Я и там тебя достану!» И я поняла, что это правда: там, внизу, меня ждала смерть, а значит — ад.

Дрожащими, влажными от слез и пота руками я схватилась за перила, чтобы перекинуть ноги обратно на бапкон. Вдруг пальцы соскользнули… В эту секунду перед глазами пронеслась вся моя ничтожная жизнь. Меня охватило безумное желание прожить ее еще раз, по-другому, по-настоящему. Не знаю, откуда взялись силы и реакция, но в последний момент я схватилась за раму открытого окна и подтянулась обратно на балкон.

Я точно знала, что высшие силы не напрасно дали мне второй шанс, — и сразу отправилась в храм. Я ускоряла шаг, а ненавистный голос усиливался. Увидев церковь, я побежала к ней. Больше всего боялась, что не доберусь вовремя, не успею покаяться.

Хоть я и понимала, что церковь — последний шанс на спасение, сомневалась: «Если все-таки добегу, придется рассказать все настоятелю. Да меня тут же в дурдом отвезут!» По крайней мере, именно туда меня отправляли все, кому я рассказывала, что со мной происходило. Но смирительную рубашку на меня надевать не стали. Матушка внимательно выслушала и пообешала, что мне помогут. Она попросила священника, чтобы он благословил и освятил нашу квартиру. Я должна была исповедаться, покаяться и причаститься.

Сделав все это, я вдруг осознала, сколько зла совершила, заставляя страдать своих родных. Я рыдала и просила Бога помиловать меня, не веря в то, что Он может простить самую павшую из грешников. …И в какой-то момент я почувствовала невероятное облегчение — как будто с меня сняли чугунные ржавые цепи, тянувшие меня вниз все это время. А голоса из преисподней постепенно стали стихать. Это произошло больше двух лет назад. С того дня я не выпила ни капли спиртного.

Заново учусь жить

Все это время мои мама и дочка ходили в церковь, простили Бога избавить меня от зависимости. Я знала, но относилась к этому скептически: «Молитесь-молитесь, лоб только не разбейте!» Теперь я сама говорю с Богом каждый день, хожу в церковь и читаю Библию. Не перестаю благодарить Всевышнего за то, что после всего, что я натворила, Он не отвернулся от меня. Не знаю, почему Он предпочел спасти меня. Но небеса дали мне еще один шанс, и я ухватилась за него, как за спасательный круг.

Все в жизни стало налаживаться. Я нашла хорошую работу неподалеку от дома. Там меня ценят как ответственного сотрудника. И трудовой стаж начисляется, и страховка есть. Теперь меня воспринимают как нормального человека, никто не вспоминает прошлого, не осуждает. Мы с дочкой стали ближе, чем когда-либо. Я ценю каждую секунду, которую могу провести с ней. Летом нам удалось отдохнуть всей семьей — Коля, я и Вита. О чем еще можно мечтать?

Если бы не надежное плечо Николая, не знаю, справилась ли бы я с алкоголизмом. Коля появился в моей жизни тогда, когда я была близка к отчаянию, когда у меня не осталось сил бороться с этой страшной болезнью. Я верю, что он был послан мне Богом. Случайностей не бывает!

Именно благодаря мужу я сумела пройти через жуткие испытания. Все это время он был рядом. В моем преображении он сыграл ведущую роль. Нет человека интересней: я бы слушала Николая часами! Мы вместе уже четыре года, а я все не могу им насытиться…

Однажды он сказал мне: «Оксана, ты всю жизнь себя недооценивала. Я не знаю, что за мужики тебя окружали, но они явно не понимали, каким обладали сокровищем». Так, как он, ко мне никто никогда не относился. Я наконец-то чувствую себя женщиной, желанной и любимой.

Я невероятно счастлива сейчас, мне хочется на весь мир закричать: «Жизнь, я так люблю тебя!!!» Одного не могу понять: неужели, чтобы по-настоящему ценить то, что имеешь, и научиться радоваться мелочам, нужно сначала довести себя до ничтожного существования?

В материале использовано фото из журнала «Единственная»



Елена
2012-01-24 14:12:41
Классная статья! А я блин не могу избавится от пива ! Я пью уже 10 лет! Не могу отключится от алкоголя,слава богу ,что нет деток! Помогите мне -пожалуйста !!!
Константин
2013-01-13 09:30:51
Как странно,сегодня прийдя из церкви , а у меня схожая ситуация с автором наткнулся на эту статью . Я уверен если сам захочешь Бог поможет .
Наталья
2013-01-20 18:04:23
Сегодня я наконец-то вышла из недельного запоя, не знаю как теперь буду жить дальше .Ведь от меня ушла дочь.муж-отвернулись мама и близкие мне родные .Остался со мной только мой сынок.Мне очень больно и стыдно за себя и я не знаю как себе помочь .Ведь я уже много раз обещала и близким и самой себе.что этого больше никогда не повториться в моей жизни но все повторилось снова.Я потеряла очередную работу,меня хватило только на месяц,мне очень стыдно перед близкими перед самой собой,я себя ненавижу и эта боль внутри меня так подавляет меня,как научиться жить дальше я пока не в силах ответить.
Александр
2015-07-22 22:18:57
я пью 15 лет , давно хотел избавиться от вредной привычки , но не получается. Я знаю, что нужен своему сыну ...что-то не дает остановится...

 



2009-2016 © LIVEstory - истории из жизни. Все права защищены. Новости шоу-бизнеса, истории из жизни звезд кино, культуры,
спорта, политики и бизнеса. Фото знаменитостей